Смерть по высшему разряду [= Серебряная смерть ] - Нора Робертс

«А Еву Даллас в восемь лет довели до такого со­стояния, что она не могла вспомнить ничего о своей прежней жизни, – думала Ева. – Разве это не почти одно и то же?»

Ева сразу узнала Магду Лейн. Сейчас Рорк не хо­дил в кино – если не считать собственных кинотеат­ров, – но имел тысячи копий кинолент на компью­терных дисках. Так что за последний год Ева посмот­рела больше фильмов, чем за предыдущие тридцать лет.

На Магде Лейн было ярко-красное платье, и ее великолепное пышное тело казалось произведением искусства. В шестьдесят три года она выглядела на сорок. Волосы оттенка спелой пшеницы опускались на ее обнаженные плечи вздрагивающими при каж­дом движении спиралями. Помада на полных губах была того же вызывающе-красного цвета, что и пла­тье. На молочно-белой коже не было ни единой мор­щинки. Под темными бровями сверкали зеленые гла­за. Она окинула Еву холодным взглядом, каким жен­щины оценивают представительниц своего пола, затем взглянула на Рорка, и взгляд ее сразу же потеплел.

Улыбнувшись, Магда шагнула вперед и протяну­ла руки.

– Господи, вы выглядите просто великолепно!

Рорк взял ее за руки и поцеловал их.

– Я собирался сказать то же самое. Вы, как всег­да, ослепительны, Магда.

– Да, но это моя работа, а вы таким родились. Счастливчик! Должно быть, это ваша жена?

– Да. Ева – Магда Лейн.

– Лейтенант Ева Даллас? – Голос Магды похо­дил на туман – тихий и полный тайн. – Я давно хо­тела с вами познакомиться. Жаль, что я не успела на вашу свадьбу в прошлом году.

– Похоже, вы до сих пор об этом жалеете.

Брови Магды взлетели вверх, но затем в ее глазах мелькнуло одобрение.

– Да, вы правы. Идите, Рорк. – Она взмахнула рукой, и бриллиант на ее пальце блеснул, как хвост кометы. – Я хочу познакомиться поближе с вашей очаровательной женой, а ваше присутствие слиш­ком отвлекает.

Магда взяла Еву под руку.

– Давайте найдем место, где нам не будут доку­чать. Ничего нет утомительнее праздной болтовни, верно? Впрочем, вы, очевидно, полагаете, что в моем обществе вам угрожает именно это. Но уверяю вас: в мои намерения не входит сделать наш разговор празд­ным. Могу я для начала выразить сожаление, что ваш фантастически привлекательный супруг годится по возрасту мне в сыновья?

– Не вижу, почему это могло послужить препят­ствием для вас обоих, – заметила Ева, садясь за сто­лик в углу зала.

Весело рассмеявшись, Магда взяла с подноса два бокала шампанского и знаком велела официанту отойти.

– Это моя вина. Я взяла себе за правило никогда не заводить любовников более чем на двадцать лет старше или моложе меня… – Она пригубила шампанское, внимательно глядя на Еву. – Но я хочу по­говорить с вами не о Рорке, а о вас. Вы – именно та женщина, в которую он должен был влюбиться.

Ева поперхнулась вином и быстро заморгала.

– Вы первая это сказали. – Несколько секунд она боролась с собой, потом не выдержала: – Почему?

– Вы достаточно привлекательны, но едва ли Рорк был ослеплен вашей внешностью… Вижу, вас это забавляет? – Магда одобрительно кивнула. – Отлично. Чувство юмора необходимо, когда имеешь дело с лю­бым мужчиной, но особенно с мужчиной типа Рорка.

«Впрочем, такая внешность тоже не помешает, – подумала Магда. – Конечно, от нее не ослепнешь, но крепкая стройная фигура, ясные глаза и ямочка на дерзком подбородке выглядят весьма недурно…»

– Ваша красота могла его привлечь – но не заманить в ловушку. Я не скрываю, что испытываю привязанность к Рорку, поэтому мне стало любо­пытно, как вам удалось его заполучить, и я поинте­ресовалась информацией о вас в Интернете.

Ева с вызовом вскинула голову:

– Ну и как – я прошла тест?

Магда провела алым ногтем по ободку бокала, затем поднесла его ко рту и сделала еще один глоток.

– Вы толковая, решительная женщина, твердо стоящая на ногах. Кроме того, вы без колебаний ис­пользуете ваши стройные ножки для пинков в те зад­ницы, которые в этом нуждаются. Участвуя в меро­приятиях вроде теперешнего, вы, судя по выражению вашего лица, думаете: «Какая дребедень! Неужели мы не могли найти себе занятие получше?»

Заинтригованная, Ева, в свою очередь, внима­тельно посмотрела на Магду. Она чувствовала, что перед ней не просто молодящаяся особа, которой нравится корчить из себя всезнайку.

– Вы актриса или психолог?

– В этих профессиях, между прочим, немало об­щего. Думаю, вам было наплевать на деньги Рорка. Это его и заинтересовало. Не представляю, чтобы вы сами бросились ему на шею – в таком случае он бы сгреб вас в охапку, поиграл и бросил.

– Я не отношусь к его игрушкам.

– Вижу. – Магда подняла бокал, словно собира­ясь произнести тост. – Рорк безумно влюблен в вас – на это даже смотреть приятно… А теперь расскажите, что значит быть женщиной-полицейским. Мне ни­когда не приходилось играть такую роль. Я играла женщин, которые преступали закон, защищая то, что им принадлежит, – но не тех, кто служит зако­ну, защищая других. Это увлекательное занятие?

– Оно имеет свои плюсы и минусы – как и лю­бая работа.

– Сомневаюсь. Вы раскрываете убийства. А нам, обывателям, кажется увлекательным все, что каса­ется убийств.

– Да, когда убивают не вас.

– Вот именно! – Магда тряхнула пышными волосами и рассмеялась. – Мы с вами похожи, Ева! Я тоже не люблю говорить о своей профессии. Люди считают ее необычайно увлекательной и возбуждаю­щей, а это обычная работа, со своими плюсами и минусами – как и ваша.

– Я видела вас во многих ролях. Думаю, у Рорка на дисках есть все ваши работы. Мне особенно нра­вится та, где вы играете мошенницу. Она влюбляется в человека, которого стремится одурачить. Это забавно.

– «Не сорваться с крючка»? Да, верно. Моим на­парником был Чейз Коннер, и я, как и моя героиня, в него влюбилась. Это тоже было забавно – до поры до времени. Я, кстати, выставляю на аукцион кос­тюм, который носила в сцене на вечеринке. – Она окинула насмешливым взглядом выставленные в за­ле вещи. – Все это должно принести немалые день­ги и поможет мне создать Фонд актерского искусства. Такое количество фрагментов артистической ка­рьеры идет на продажу…

Повернувшись, Магда устремила взгляд на вит­рину, оформленную в виде дамского будуара с не­брежно брошенной на стул ночной рубашкой из мер­цающего шелка и открытой шкатулкой, откуда це­почки и драгоценные камни высыпались на туалетный столик.

– Недурная декорация, а?

– Да, если вы в нее вписываетесь.

Магда с улыбкой повернулась к Еве:

– Когда-то вписывалась идеально. Но актерская карьера переменчива – чтобы удержаться, прихо­дится постоянно изобретать себе новый имидж.

– Что вы и делаете теперь?